Обидит ли вторую сторону названный вами срок?
Обижает не срок, а тон, которым его подают. «Определяйся до пятницы, иначе всё» — попытка распорядиться чужим временем. «Мне надо ответить до пятницы» — сообщение о себе, и возражать тут не на что. В первом случае вы говорите о нём, во втором о себе. Выходит обычно обратное ожидаемому: после названной даты отношение теплеет, потому что исчезает неопределённость.
Где кончается уважение к чужой паузе?
Там, где вы начинаете платить за неё тем, чего не вернуть. Ждать чужого решения нормально, пока это стоит вам терпения, и ненормально, когда стоит второй возможности или отношений с третьими людьми. Признак перехода простой: вы начали отменять свои планы, чтобы оставаться доступным. Отмены собственной жизни второй аркан не просит.
Что спросить, если о самом решении спрашивать нельзя?
Спрашивайте не о содержании, а об устройстве. «Когда примерно станет понятно», «от чего это зависит», «как быть, если ответ понадобится раньше» — на такие вопросы отвечают охотно, тайны они не задевают. И дают они главное: календарь, по которому можно жить. Содержание чужого решения не отдадут, а сроки отдают почти всегда.
Меняет ли что-нибудь давление на вторую сторону?
Меняет, и в худшую сторону. Попытки продавить портят отношение к самому вопросу, и решение под нажимом обычно оказывается отказом. Работает другое — убрать повод тянуть. Повод чаще бытовой: не хватает бумаги, неясна ваша готовность, некому передать. Спросите, что мешает, и половина задержек рассыпается.
Заканчивается ли такая пауза сама?
Чужая половина — да, у неё есть срок, и он наступит. Ваша половина не заканчивается никогда: у молчания нет внутреннего предела, оно держится столько, сколько его не нарушают. Следить поэтому надо не за чужим календарём, а за своим. День, когда вы поймали себя на подсчёте недель, и есть день, когда стоит написать.