Как понять, мешают обстоятельства или собственное состояние?
По тому, менялось ли что-нибудь снаружи. Возьмите последний период, когда дело шло нормально, и перечислите, что стало другим: люди, объём, деньги, сроки. Список непустой — помеха внешняя, и её обсуждают с теми, кто её создал. Список пустой, а тяжесть выросла — помеха ваша, и добавлять усилие некуда. Проверка грубая, зато быстрее долгих размышлений о мотивации.
Почему воля не помогает, когда дело в усталости?
Потому что воля распоряжается ресурсом, а не производит его. Она умеет направить оставшееся туда, куда нужно, и на этом её работа кончается. Если направлять уже нечего, каждое новое усилие берётся в долг у сна и здоровья, и долг возвращают с процентами. Отсюда правило: сначала выясняют, есть ли чем двигаться, и только потом куда.
Что делать, если бросать нельзя, а сил не осталось?
Уменьшать не цель, а темп и объём на ближайший отрезок. Между «дожать» и «бросить» почти всегда есть третье: сдвинуть срок, отдать часть, взять два дня и вернуться. Спросить надо прямо у того, от кого зависит срок: возможностей обычно больше, чем видно изнутри. Молча тянуть невыполнимое эта пара не советует.
Как отличить выдержку от упрямства?
По наличию отметок. Выдержка знает, зачем едет, и умеет назвать условие, при котором остановится. Упрямство продолжает движение потому, что уже начато, и любой разговор об остановке принимает за нападение. Простой признак: попробуйте назвать, при каких условиях вы прекратите. Если ответить нечем, вы уже не едете, а держитесь.
Когда напор в этом сочетании вредит?
Когда препятствие живое. Инстанции и сроки продавить иногда можно, людей — редко: на нажим они отвечают замедлением, часто не нарочно. Там, где результат зависит от чужого согласия, работает вторая карта, а не первая: ровный тон, повторный заход, готовность ждать. Признак, что вы перепутали, — дело двигается всюду, кроме одного участка, и на этом участке стоит человек.